Тетрадь Теней
Стихи и проза Владимира Самохина

Стихи

Ты несешь на ладонях запахи трав,
твои черные волосы — вечер и дождь,
и глаза твои видели ветер и ночь,
и я знаю, что будет, я помню твой нрав.

И когда затрепещет под пальцами плоть,
когда шепоты жарче дыхания лав,
я исполню себя, полночь нас обретет —
и тебя, и меня — ты ведь знаешь, я прав.

Ты раскрыта навстречу соблазнам и лжи,
ты готова принять в себя внешнее зло,
сеять хаос и дрожь — вот мое ремесло,
но от страха ли тело твое здесь дрожит?

Ведь когда затрепещет над кожей клинок,
когда мрак напрягается, словно он жив,
ты застонешь. Но стон твой — еще не итог:
я еще не закончил тобой дорожить.

12 декабря 2009

I

Возьми у меня интервью.
Enter-в-you.
Разошлись.
Все.
Не пью.

II

Разговоры, проза, противофаза.
Миссионерская поза — вспышка, маразм.
Бесконечная повесть и нетленная похоть — все сразу.
Лазером по глазам, небесам — передам по слезам.
Открываю: «сезам», закрываю — Alt+F4.
В пустой квартире, в паутине и пыли.
Нас не просили, но мы согласились, солгали, высекли —
искру из сердца, икру из сельди, соль из камня.
Дай мне, дай мне, дай мне кусочек правды!

9 ноября 2009

Минус на минус навряд ли подарит плюс.
Минус на минус даст нам, скорее, крест.
Только нить судеб, только дрожащий пульс —
ставка на жизни в нашей с тобой игре.

Только без смысла будет идти вперед,
ведь под ногами нитка потоньше струн.
Нить режет шаг, кровь беспечный кропит поход.
Круг разомкнется, смолкнут подсказки рун.

Чаши и посохи, горсти монет, мечи —
все это стоит только чужих забот.
Слышишь — он стонет? Слышишь. Теперь молчи!
Стоны мессии вновь получили ход.

Слезы бессильны, тщетны мольбы и вот:
снова пророки нам предвещают страх.
Мы не достигли... только спроси — чего?
Впрочем, неважно. Спи на моих руках.

29 октября 2009

— Говори!

— Говорю, а зачем?

— Я не знаю...

— Тогда замолчи.
Только руку держи на плече —
ведь святые не ходят в ночи.
В октябре осень держит в когтях,
зажимает в колючей тюрьме...

— Ошибаешься. Только в гостях.
А тюрьма — только в нашем уме.
А тюрьма — это тьма наших душ...

— Замолчи! Замолчи, прими душ,
выпей чаю из трав и огня.
Ты не знаешь. Ведь я — я не я.
Истеричка, неспетая тень...

— Чем закончится завтрашний день
мне неважно. Я твой, ты моя.

20 октября 2009

Ты пытаешься сжать свое тело холодным огнем.
Ты пытаешься жить и ты хочешь всегда быть одна,
ты не веришь в свет звезд, ты живешь лишь сегодняшним днем.
Ты готова идти — что в пути тебя ждет? Тишина.

Ты идешь. Ты одна, ты стоишь на тропе в никуда.
Пусть огни, или сталь, или просто панический страх.
Ты идешь. Ты одна. Ты пройдешь сквозь все это. О да.
Свое личное небо ты держишь в своих лишь руках.

Одиночество — лесть. Это выход. Залезть под крыло,
чтоб не видел никто, и не знал твоих слез и тоски.
В горле — сталь. Одиночество — тоже не с каждой руки.
Это грусть. Это только лишь дождь, что шуршит за стеклом.

15 октября 2009

Шаг, скольженье — как сон. Поцелуй. Прядь волос.
Я все так же влюблен, словно бы не всерьез.
И ночами опять вижу образ во сне
Мне себя не понять, кто со мной, что во мне?

Шаг. Касанье руки. Алкоголь душит ложь.
Мы как будто близки. Взгляд, похожий на нож.
Голубой стали плен. И изящество рук.
Я у ваших колен. Я — ваш преданный друг.

29 сентября 2009

Это, наверное, хорошо — чуять мир телом или душой.
Чтоб под ногами лежала жизнь. Чтоб маяками слова плелись.
Каждый касанием — дрожь и спазм, красками, звуком — как в первый раз.
Чтобы струной позвоночник пел. Чтобы бегущий — почти летел.

Чтобы как звезды — твои глаза. Чтобы щека, а по ней — слеза,
то ли от боли, то ль от любви. Чтоб сердца стук прошептал — «живи».

Чтобы вино, чтоб корица, мед. Чтобы с утра дверь вела вперед.
Чтоб узнавать тех, кто шли с тобой. Чтобы идти за мечтой одной.
Чтобы держаться к плечу плечом. И чтоб не думать: кто, что, почем?
Чтобы синхронно, двулико, в такт. Чтобы сказать — и да будет так!

28 августа 2009

Чтобы не помнить о том, что мгла стрёмом стоит во главе угла,
Мысли — сечение черных дыр, пропасть реала финальных игр...
Чтобы не знать свою тень в лицо и не свихнуться в конце концов —
В адском похмелье за гибель дня тост поднимать да до дна пить яд...
Чтобы любовь не пила одна — не забываться в тревожных снах...

Екатерина Вилкс

Мы сидим, и ищем двери в лето,
теребим в руках чужие боли.
Строчками истертыми сонетов
промокаем струйки влажной соли.

Мы сидим и ждем. Чего, финала?
Пьем вино из хрусталя густое.
Вся судьба — кольцованность бокала.
Вне меня — безмолвие пустое.

22 августа 2009

Но он лишь смотрел на землю и он оставался критик,
и он оставался циник, бросая на землю медь.
К чему вся эта напрасность, разбитая в рваных ритмах?
Зачем уходить напрасно, ведь что-то должно болеть?

Стать болью больного мира почетно, но неприятно.
Кому-то к лицу улыбка, кому-то к лицу клинок.
Мы будем вдыхать наш воздух. Он общий, что неопрятно.
Но нам это непонятно, мы пробуем каждый вдох.

Мы пробуем вдох на запах, на вкус, и на чувство жизни.
Мы пробуем сердцем радость, и горечь, и серый дым.
Мы знаем — путей немного, но кто был присягой призван?
Мы можем сойти с дороги, пульс мира отдав другим.

15 августа 2009

Изломами «хочу!» по коже шрамы.
И как не знать, на что похожи дамы:
как короли подобны двойкам тоже,
как мы с тобой, одни и только сложно.

Мы джокеры, и что сказать? Таро.
Не угадать, не описать — зеро.
Шаг влево-вправо — не расстрел, дорога.
А по аркану наш удел немногим.

Немногим больше, чем удел безумцев,
пророков, что под сетью стрел смеются,
влюбленных, что попали в пламя слухов,
и тех, чье небо бесконечно глухо.

10 августа 2009

Грея ступнями свой подоконник, вижу луну.
Ветер ночной — странный любовник, пью тишину.

Я не тоскую, я не скучаю — просто мой сон.
Не паникую, не извиняюсь, мне не резон.

Ночь — результаты долгих прелюдий солнца с дождем.
Звезды не спят, и, странные люди, мы что-то ждем.

20 июня 2009

Скажи, я сплю — и вижу теплый сон,
в душистых трав качаясь колыбели?
Влюблен в тебя. Беспомощно влюблен,
и сердце — будто в огненной купели.

Сверкает солнце. Золото лучей
проводит мягким бархатом по коже.
Я на планшете лучших моих дней —
отчасти — кисть, а в чем-то — и художник.

Звенит в траве. Кругом бушует жизнь.
И в голове резвятся пульсы счастья.
Влюблен! Люблю! Ну, мир, теперь держись!
Взлетаю, став крылатым в одночасье.

Взлетаю, и несусь под небеса:
примятые травинки вновь привстали.
Мне хочется, чтоб были чудеса,
и чтобы мы с тобой вдвоем летали.

Смеяться, петь, творить и никогда,
ни для чего с тобой не расставаться!
Любимая, нам в небеса, туда —
рука в руке, сплетая тихо пальцы.

20 апреля 2009

Мой тяжелый серый дым,
серебро твоих лучей —
мы мертвы, да и черт с ним.
Ты ничья, и я ничей.

Я ушел за грань зеркал,
ты — в оправе облаков.
Каждый верил, каждый знал,
мы нашли свою любовь.

Мы — свершенные мечты,
лунный свет, сгоревший прах.
Здесь мы вместе — я и ты,
сердце вновь в твоих руках.

А когда заря зажжет
небосвод, уже чужой,
обниму, прижмусь, и вот —
льемся мы с небес росой.

31 марта 2009

Вечер тает, солнце скрылось за краем.
И сегодня мы с тобой не играем.
Ты увидишь, как, границы стирая,
начинается ночь!

Эта ночь так стара и серьёзна,
и уже забрала глупых взрослых,
и детей не спасли сны и сказки.
Начат бал, подбери свою маску!

Здесь кошмарные сны оживают.
Под плащом тишины звуки тают —
можешь звать и кричать — не услышат,
ведь давно пора спать — а ты дышишь.
Еще дышишь.

Ты бежишь, подобно дикому зверю.
Нет ключей и нет замков — мёртвы двери.
Отчего же до сих пор ты не веришь
в эту страшную ночь?

Эта жизнь не игра — всё серьёзно!
Не дождешься утра — слишком поздно!
Все ушли, слыша зов этой ночи.
Ты один, среди снов — ночь хохочет!

Эта ночь неспроста гасит свечи —
утру здесь не настать, сумрак вечен.
Убегать ты устал — бесполезно.
Ночь закончит свой бал — все исчезнут.
Ты исчезнешь...

22 марта 2009

Ты забыла свои сигареты
на нетронутой солнцем кровати.
Ты ушла в темноте — до рассвета,
и тебя бы не смог удержать я.

Уходила в слезах, резких жестах,
и от взгляда — морозом по коже.
Собиралась. Не знал себе места
в пять утра в полумраке прихожей.

Уходила. Смотрел тебе в спину.
Ничего не сказав. Как в тумане.
Да и толку? Словесная тина
лишь по-новой в болото заманит.

Я бы мог закричать, мог руками
ухватить твои тонкие кисти!
Но — что толку? Обманы меж нами.
Да обиды лежат, словно листья.

Словно листья осеннего мира
память вскинет, что было когда-то.
Мы снимали любовь как квартиру,
а теперь между нами — квартплата.

11 марта 2009

Ты ушел под звуки марша,
ты не знал, что будет дальше,
тебе было так же страшно как и всем!
Все, что есть, слилось до точки:
страх, сомненья, дни и ночи,
нет надежд, но выжить хочешь, как и все!

Сердце в клетке тела бьется,
ты мечтал, что все вернется,
но металл окрасил солнце кровью!
Вас вели, слепым арканом,
огненным бичом по странам,
жизнь твоя была обманом, вспомни!

Она здесь, ты слышишь!
Она здесь, ты знаешь!
Ты ее слуга!
Пламя полыхает
и руины дышат!
И руины дышат
в такт ее шагам!

Каждый брал свою награду,
чувствуя дыханье ада,
видя наяву и рядом, что вас ждет!
Ты учился быть хитрее,
выживать, подобно зверю,
в вихре пламени ты верил — все пройдет!

Но ты видел, как все было:
мир жестокий и унылый,
сердце камнем не застыло, и тогда
не ища посмертной славы
на себя огни направил,
пули выжгли боль и память навсегда!

Она здесь, ты слышишь!
Она здесь, ты знаешь!
Ты ее слуга!
Пламя полыхает
и руины дышат!
И руины дышат
в такт ее шагам!

Здесь ужас и боль, пепел и гарь,
здесь слезы и кровь, горькая соль,
здесь нет никого, кто был бы жив
кроме тебя!
Здесь нет никому дороги назад,
нервный рассвет, ядовитый закат,
бьется, пульсирует, в хаосе зла
сердце твое.

Она здесь, ты слышишь!
Она здесь, ты знаешь!
Ты ее слуга!
Пламя полыхает
и руины дышат!
И руины дышат
в такт ее шагам!

8 января 2009

© 2000-2022 Владимир Самохин
11